14:51 30.04.2021

Автор: АНТОН РОВЕНСКИЙ

Есть ли перспективы европейской интеграции у республик Западных Балкан?

6 мин читать
Есть ли перспективы европейской интеграции у республик Западных Балкан?

Антон Ровенский, магистр международных отношений, политолог-международник

 

“В Албании проходят парламентские выборы, от которых зависят переговоры о вступлении в ЕС”, — заголовки такого содержания нередко можно было встретить в СМИ в контексте состоявшихся в этой стране 25 апреля выборов. Избирательная реформа и обеспечение демократического избирательного процесса являются одними из ключевых требований Евросоюза в контексте евроинтеграционных перспектив Албании. Есть ли перспективы европейской интеграции республик Западных Балкан, о которой сказано в принятой ЕС в 2018 году стратегии под названием “Надежная перспектива расширения ЕС и его усиленного взаимодействия с Западными Балканами” — проанализируем в материале ниже. В стратегии указан 2025 год в качестве срока обретения республиками Западных Балкан полноценного членства в ЕС, однако с поправкой на глобальную пандемию коронавируса любые сроки подобного рода требуют пересмотра.

Сербия

Уже 9 лет Сербия пребывает в статусе кандидата на членство в ЕС. Обещания членства в ЕС были частью своеобразной сделки с Белградом, не чинившего особых препятствий объявлению независимости Косово в 2008 году. В то же время за последние 9 лет реальных шагов для приближения Сербии к вступлению в ЕС фактически сделано не было.

Многие политические комментаторы возлагали большие надежды на визит руководителей Сербии и Косово в Белый дом в сентябре 2020, однако подписанные ими документы о нормализации экономических отношений не сняло политические разногласия. Для сербских политиков закрепление в документах положений о независимости Косово, без чего в Брюсселе не готовы дать Сербии “зеленый свет” на вступление в ЕС, будет означать крах политической карьеры без малейших шансов на реванш. Кроме того, у истеблишмента ЕС существуют опасения, что Белград в случае присоединения к Евросоюзу станет лоббистом интересов Кремля, опираясь на исторические связи Сербии и России. В этой связи примечательно, что Сербия стала единственной страной Европы, которая не присоединилась к санкционной политике ЕС и США в отношении РФ.

Черногория

Одна из наименьших республик Европы, которая славится туристической сферой, представляется наиболее вероятным кандидатом в члены ЕС. Подспорьем для этого является не только небольшая численность населения и незначительные размеры экономики, что позволит Евросоюзу безболезненно “переварить” вступление Черногории в свои ряды, но и использование Черногорией евро в качестве денежной единицы и членство в НАТО. По состоянию на сегодняшний день Черногория соответствует наибольшему количеству так называемых Копенгагенских критериев — перечню условий, необходимых для выполнения для обретения членства в ЕС.

В контексте евроинтеграционных перспектив Черногории особое значение приобретают президентские выборы 2023 года в республике. Нынешний президент Мило Джуканович, находящийся у руля государства уже 30 лет в разных должностях, в прошлом году потерпел поражение в ходе парламентских выборов, утратив монопольные рычаги власти. Дальнейшая демонополизация черногорской политики способна придать новый импульс развития национальной экономике и качественной трансформации социальных институтов, что будет способствовать выполнению стратегической цели в виде присоединения к ЕС к 2025 году.

Босния и Герцеговина

Босния и Герцеговина, сформированная в нынешнем виде в результате Дейтонских соглашений от 1995 года, положивших конец гражданской войне, является уникальным политическим образованием в масштабах Европы. Следствием конфедеративного устройства данного государства, в состав которого входят Федерация Боснии и Герцеговины (в СМИ ее иногда называют Мусульмано-хорватской федерацией) и Республика Сербская, стало чрезвычайно сложная забюрократизированная система госуправления, практически исключающая возможность быстрого и эффективного проведения решений, особенно направленных на трансформацию политической, экономической и социальной систем. В свою очередь, Конституция Боснии и Герцеговины является приложением № 4 Дейтонских соглашений, а высшей властью наделен Верховный представитель по Боснии и Герцеговине, обладающий мандатом ООН. При этом Федерация Боснии и Герцеговины и Республика Сербская не обладают достаточным количеством социальных и экономических связей между собой, фактически живут отдельной друг от друга повесткой.

В 2016 году Босния и Герцеговина направила заявку на членство в ЕС. Однако все стороны процесса осознают, что этот путь тесно увязан с преодолениями экономических, социальных, демографических последствий гражданской войны 1990-ых, что в условиях отсутствия достаточного внутреннего и внешнего ресурсов выглядит проблематично. Для БиГ сохраняют актуальность задачи сохранения гражданского спокойствия и преодоления раскола между крупнейшими общинами, в особенности в условиях, когда в республике тесно переплетаются интересы крупных геополитических игроков, включая США, Германию, Китай, Россию, Турцию.

Косово

Частично признанное Косово, провозгласившее независимость в 2008 году, остается наиболее проблемным регионом Балканского полуострова. Слабость государственных институций, высокий уровень трансграничной преступности и миграции, сохраняющаяся этническая напряженность по линии “албанцы-сербы”, высокий уровень бедности и безработицы — все это не позволяет говорить об устойчивом прогрессе в части достижения Копенгагенских критериев. Кроме того, в последние годы Приштина не единожды демонстрировала отклонение от генерального курса ЕС и НАТО в торгово-экономических, социально-правовых и военно-политических вопросах, что не укрепляет позиции Косово на евроинтеграционном и евроатлантическом треках.

Возможно, новый этап отношений между Косово и ЕС может начаться после перезагрузки системы власти в Косово и смены политических элит. Первым шагом к этому стало выдвижение обвинений в прошлом году в адрес Хашима Тачи, вынужденного подать в отставку с поста президента Республики Косово. Специальный трибунал по Косово в Гааге обвиняет его в военных преступлениях, датированных 1998-2000 годами.

Албания

В 2009 году Албания, до начала 1990-ых проводившая изоляционистскую политику, стала членом НАТО, в 2014 получила статус кандидата на членство в ЕС. Преградой является высокий уровень коррупции, влияния организованной преступности на систему госуправления и высокий уровень бедности населения. Дефицит ресурсов развития в Албании является постоянной причиной политических дрязг в республике — примечательно, что с 2017 года и по сегодняшний день большинство оппозиционных депутатов парламента не принимали участия в его заседаниях, считая выборы предыдущего созыва главного законодательного органа фальсифицированными.

Впрочем, правящий класс Албании не теряет оптимизма, а премьер республики Эди Рама накануне выборов 25 апреля 2021 заявил, что в следующие 10 лет видит республику "балканским чемпионом в области туризма и агротуризма, энергетики и сельского хозяйства, а также в быстрых качественных цифровых услугах". Насколько получится у официальной Тираны реализовать данную программу — будем посмотреть. В среднесрочной перспективе (3-5 лет) существенного прогресса в переговорном процессе между Албанией и ЕС ожидать не стоит. Выборы 25 апреля были признаны Евросоюзом “хорошо организованными”, “живыми и инклюзивными”, однако непонятно, получит ли по их итогам албанская оппозиция рычаги парламентского контроля над действиями исполнительной власти. Заметим, по итогам последних выборов триумфатором вновь стали социалисты по главе с упоминавшимся выше Эди Рамой.

Северная Македония

Изменившая несколько лет назад название на “Северная Македония” бывшая югославская республика является кандидатом на вступление в ЕС еще с далекого 2005 года. Впрочем, с тех пор республика так и не сделала качественный рывок в части трансформации общественных отношений и экономического развития, и даже принятие страны в НАТО в 2020 году не является в данном случае маркером.

У Северной Македонии также сохраняются напряженные отношения с Грецией и Болгарией, скептически воспринимающих идею принятия бывшей югославской республики в ЕС. При этом сама Северная Македония за несколько последних лет балансировала несколько раз на грани государственного переворота. Ситуация усугубилась в 2017 году, когда албанский язык был признан в Македонии вторым официальным языком государства, что спровоцировало недовольство немалой части общества.

В то же время евроинтеграционная перспектива очерчивает для Северной Македонии своего рода “красные линии”, которые не может переступать правящий класс. Они выступают предохранителем для республики от куда более серьезных политических и социальных потрясений.

 

Загрузка...
Завантаження...
РЕКЛАМА

ПОСЛЕДНЕЕ

ТАТЬЯНА ПЕРЕВОЩИКОВА

Наконец! Проголосовали за закон о медиации: что это такое и кому станет проще

АЛЕКСАНДР КАЛЕНКОВ

Большие надежды бизнеса на "Большое строительство" в Укрзалізнице

АНАТОЛИЙ БОЙКО

Технологии VS образование: Как технический прогресс влияет на качество образования?

ЮРИЙ ТАЦИЙ

От аэропорта до аэротрополиса. Как авиационные хабы формируют города

ВЛАДИМИР КЛИМЕНКО

Корпорации против государств. Захватят ли корпорации мировой финансовый рынок?

СТАНИСЛАВ ЗИНЧЕНКО

Устойчивое развитие – реальность и осознанная необходимость для бизнеса

КОНСТАНТИН ЯЛОВОЙ

Коронавирус усиливает угрозу мусорного коллапса в Украине

РУСЛАН ДЕМЧЕНКО

Миграционный кризис – пример эволюции механизмов международного гибридного шантажа

ЭДУАРД МКРТЧАН

Индустриальные парки. Разблокировать рестарт

ОЛЬГА КАНСКАЯ

Культурный код власти

РЕКЛАМА
РЕКЛАМА
РЕКЛАМА
Завантаження...
РЕКЛАМА

UKR.NET- новости со всей Украины

РЕКЛАМА