11:30 26.07.2019

Мы как депозитарий весь рынок не вывезем, хотя и стараемся – глава правления Нацдепозитария Украины

20 мин читать
Мы как депозитарий весь рынок не вывезем, хотя и стараемся – глава правления Нацдепозитария Украины

Интервью главы правления Национального депозитария Украины (НДУ) Миндаугаса Бакаса агентству "Интерфакс-Украина"

- Уже заявлено, что с 1 августа Национальный депозитарий повышает тарифы. Насколько я понимаю, довольно существенно. С чем это связано? Будут ли изменения только в цифрах или меняется идеология тарифов?

- Мы всегда считаем наши доходы и расходы по двум разным группам наших клиентов, которые кардинально отличаются спектром и объемом услуг, - по эмитентам и депозитарным учреждениям. Если для эмитентов после пересмотра тарифов в 2017 году мы получили оптимальный на сегодняшний день объем доходов, то с депозитарными учреждениями продолжаем работать глубоко в минус. Мы попытались найти способ сбалансировать эту ситуацию, пересмотрели тарифы на основании наших расходов на обслуживание этой категории клиентов, предложив им повысить тариф в среднем в 2,5 раза.

В Национальном депозитарии работает Совет участников как орган представительства всех наших клиентов. Мы анонсировали повышение тарифов летом прошлого года, а конкретные расчеты и варианты предложили Совету участников где-то в ноябре, чтобы они могли их оценить и высказать свое мнение. При этом нами в рамках всего пути обсуждения было предложено на рассмотрение как минимум четыре тарифные модели. Основной наш аргумент – депозитарной системе Украины нужно развиваться, а деньги с неба не падают. При этом необходимо относиться к депозитарной деятельности как к бизнесу, который не должен работать в убыток и на уровне депозитария, и на уровне депозитарных учреждений. В результате пришли к консенсусу с Советом участников, который согласился с тарифной моделью, впоследствии утвержденной НДУ.

- Вы решили не резать хвост по частям, а осуществить повышение одним этапом?

- Да. И такой подход диктует новая бизнес-модель депозитария, которая начинает работать вместе с запуском новой IT-платформы НДУ.

- Сколько будет недовольных?

- Повышение тарифов – это всегда болезненная тема. Но если брать абсолютную их величину, то 3 тыс. грн в месяц для среднего депозитарного учреждения – это небольшие цифры. Параллельно мы понимаем ситуацию и наших клиентов. Но этот бизнес почти всегда субсидируется фронт-офисом, брокерской деятельностью. Так это работает во всем мире, потому что без инфраструктуры брокеры не смогут ничего заработать: custody – это их бэк-офис, который обеспечивает возможность торговать и зарабатывать. Мы хотим подтолкнуть наши депозитарные учреждения к внутреннему диалогу, тем более что некоторые украинские банки так и работают: у них есть свои кост- и профит-центры, которые друг друга компенсируют.

- На украинском рынке эта проблема еще так остра, потому что он все еще является заложником большой приватизации: часто стоимость услуг хранителя выше стоимости акций, полученных за имущественный сертификат. Пока на рынке были регистраторы, эмитент брал на себя эти затраты, поэтому мелкие акционеры не привыкли платить за хранение акций и ведение учета.

- Но это собственность: как квартира, как машина. Если ты собственник, то обязан нести определенную ответственность за то, что это твое. Я понимаю: они заложники ситуации, так как эту собственность невозможно реализовать. Но наша задача - обеспечить стабильность инфраструктуры, гарантировать всеми способами, что собственность правильно отображается и никуда не исчезает, а также предоставить сервис участникам рынка.

- Правильно ли я понимаю, что повышение тарифов депозитария в 2,5 раза отразится для клиентов хранителя совсем небольшим изменением тарифа или вообще не отразится, так как хранитель профинансирует эти дополнительные расходы из других источников?

- Вопрос - к тарифной модели, которую принимает для себя конкретное депозитарное учреждение.

- Это будет зависеть от каждого конкретного хранителя?

- Именно. У каждого разные тарифы, но я знаю, что стоимость обслуживания для активных клиентов депозитарных учреждений иногда в десятки раз больше, чем наши тарифы для таких депозитарных учреждений. Но это, опять-таки, реалии жизни, потому что эти депозитарные учреждения должны этими доходами компенсировать тех клиентов, которые ничего не платят.

Приватизация - больная тема для любой страны постсоветского пространства, поскольку ситуация везде идентична: есть пул активов, собственниками которых являются…

- "спящие акционеры" или "мертвые души", как их у нас называют.

- Хотел уйти от этого слова. Но суть одинакова: одни не знают, что у них есть эта собственность, а другие не могут ее реализовать, потому что нет ликвидного рынка. Но это такие реалии, и в разных странах эти проблемы по-разному решаются.

- Ранее вы анонсировали, что у центрального депозитария будет три модели работы с депозитарными учреждениями. В рамках первой хранитель сможет вести счета в ценных бумагах клиентов, продолжая использовать свое программное обеспечение. По второй смешанной модели хранитель также будет использовать свое программное обеспечение, но некоторые его клиенты смогут иметь индивидуальный счет собственника на уровне депозитария. Третий вариант предусматривает использование хранителями программного обеспечения НДУ. Тарифы тоже разбиты по этим трем моделям?

- Тариф не зависит от модели: тариф за хранение зависит от количества активов и не важно, на каком счете. Мы попытались максимально демократично и гибко отдать выбор модели депозитарным учреждениям, чтобы это не было основано на ценнике депозитария. Модель они выбирают исходя из собственной стратегии и видения, как они хотят развивать свой бизнес.

- Сейчас у вас есть понимание, сколько депозитарных учреждений по какой модели работают?

- Да. Мы собирали специальные анкеты в течение двух месяцев до конца мая. И на сейчас заявлено, что 57 депозитарных учреждения будут работать на своем программном обеспечении.

- Это, наверное, преимущественно банки?

- Не сказал бы. Банков примерно около половины. Причины финансирования своего ПО разные. Мы говорим, что это ваше дело: если вы хотите так работать - это ваш выбор. Но вы должны тогда понимать, что отвечаете за эту собственность. Вы должны иметь хороший программный продукт, и мы будем требовать от вас доказательств, что у вас есть договор на поддержку этого продукта. Потому что мы постоянно сталкиваемся, когда депозитарные учреждения ведут учет такой дорогой вещи, как собственность, образно говоря, на одном лэптопе и без бэкапов (резервных копий – ИФ). Тем самым нарушают требования как регулятора фондового рынка, так и закона по обеспечению безопасности этой информации.

Поэтому предложенной трансформацией мы хотим убрать все эти риски. Это основная причина, почему мы также предлагаем модель использования депозитарными учреждениями как нашего продукта для учета ценных бумаг, так и даем возможность вести учет на своей IT-платформе, которая соответствует нашим высоким требованиям и международным стандартам. В инфраструктуре, которую мы перенастроили заново за эти два года, эти данные будут надежно защищены: новое оборудование соответствует международным стандартам построения депозитарных систем и их безопасности. И мы дальше инвестируем, чтобы максимально убирать риски в соответствиями с рекомендациями компании Thomas Murray, которая провела аудит НДУ на соответствие CPMI-IOSCO PFMI (Principles for Financial Market Infrastructures). Поэтому на сегодняшний день к системе депозитарного учета ценных бумаг намного больше доверия, чем, например, к системе, обеспечивающей учет прав на доли в обществах с ограниченной ответственностью.

Еще раз повторюсь: к сожалению, никуда не делись печальные ситуации, когда бросается депозитарное учреждение, а мы не можем получить базу данных, так как она была где-то в сгоревшем лэптопе.

- Но ведь какие-то контрольные копии у вас сохраняются в таких случаях?

- Это решение регулятора, если не путаю, вошло в силу в конце 2016 года. Но есть одно большое "Но": юридически эта информация не имеет достаточного статуса, чтобы восстанавливать по ней собственность. Она может использоваться для сверки, но для восстановления собственности юридически не подходит.

- Уточню еще раз. 57 депозитарных учреждений работают на своем ПО, а остальные – на вашем?

- Остальные из 184, то есть - 127, планируют работать на нашем. Хотя мы и раньше говорили и сейчас говорим: впоследствии они могут менять модель работы.

- В начале июня вы начали тестирование вашего нового продукта DEPEND Q.

- Это вместе с рынком. Мы сами его тестировали с декабря прошлого года.

- Каковы результаты тестирования? Сохраняется ли анонсированная дата его запуска 5 августа этого года?

- Да, мы сохраняем эту дату. Для нас важно придерживаться ее, так как от этого зависит план дальнейшего развития как нашей внутренней инфраструктуры, так и предоставляемых услуг эмитентам и депозитарным учреждениям. И мы также имеем некоторые ограничения со стороны разработчика, у которого есть свои планы по поставке этой системы в другие страны. На 10 июля DEPEND Q установили 152 депозитарных учреждения, авторизацию выполнили 146, а базовые операции – 95. Мы, конечно, хотим больше активности со стороны депозитарных учреждений. Всеми способами напоминаем, чтобы заходили и тестировали.

К тому же есть еще один аспект - перед стартом нужно со всеми переподписать контракты, отразить в них нюансы моделей. Без переподписания контракта с депозитарным учреждением мы не сможем запустить для него DEPEND Q 5 августа. И счета будут нерабочими.

- Параллельно две системы - нынешняя и новая - не будут работать?

- Нет. Мы старую систему переключаем на read only, как говорится, оставляя ее для истории: отчетов и других запросов клиентов, а новая включается и начинает работать. Поэтому те, кто не пройдет тестирование и не переподпишет контракт, не смогут работать. Мы не можем рисковать собственностью и допускать к системе участников, не готовых с ней работать.

- Верховная Рада в середине мая 2018 года приняла закон о содействии привлечению иностранных инвестиций, который предусматривает введение в Украине института независимого финансового посредника – номинального держателя или глобального кастодиана. Вы и другие участники рынка с большой радостью встретили эту новость, рассчитывая, что этот институт может быть запущен еще до конца прошлого года. Но сейчас уже июль-2019, и в НКЦБФР осторожно говорят, что это может произойти этой осенью. В чем причина задержки? Когда, по вашим оценкам, сможет заработать новый институт?

-- Законом была утверждена дата 24 ноября 2018 года, до которой регуляторы должны были разработать все подзаконные нормативы. И здесь, конечно, нужно обратить внимание на культуру нормотворчества в Украине: процесс очень медленный, так как привлекается очень большое количество людей с разным мнением и опытом, что делает любой процесс согласования очень сложным. В данном конкретном случае дополнительная сложность заключалась в том, что мало у кого был или есть опыт работы с глобальным кастодианом, то есть с внешним миром. Очень многие аспекты мы и украинские банки, которые с этим работают, вынуждены были объяснять. Но все равно, к сожалению, появился некий украинский велосипед, потому что регуляторы не доверяют этому институту и все думают, как это контролировать и ограничивать. Они якобы боятся, что активы уйдут, их не сыщешь. Но когда недавно депозитарий государственных ценных бумаг Нацбанка открыл "линк" с международным депозитарием Clearstream, то там ведь механизм абсолютно идентичный! Сегодня нужно, чтобы регуляторы нашли консенсус, как контролировать и ограничивать, кто может стать номинальным держателем, как раскрываются и с какой периодичностью информация… Мы стараемся максимально возможными путями этот процесс продвигать и содействовать тому, чтобы регуляторам было проще договориться. По моей информации, сейчас соответствующее положение НКЦБФР ждет согласования в коридорах Минюста. И, возможно, Нацбанк после юстирования документа Комиссии тоже выпустит какой-то свой документ.

- А нужно еще какое-то решение НБУ?

-- Мы из встречи поняли, что Нацбанк собирается что-то свое вписать для банков, но пока мы такого проекта не видели. Закон предусматривает нормативно-правовые акты со стороны НКЦБФР, но все может быть... Так что, наверное, действительно нужно будет ждать осени.

- Но ведь у Украины была давняя большая история отношений с The Bank of New York по программам выпуска депозитарных расписок. Был еще опыт и с Deutsche Bank Trust. Эти программы до кризиса в 2008 году активно поддерживались и Комиссией, и в правительстве. Почему сегодня возникли опасения, что что-то куда-то может уйти?

- Хороший вопрос, который мы сами задавали во всех комитетах, всем представителям Госфинмониторинга и другим сомневающимся специалистам. И нет ответа. Хотя "линк" с Clearstream работает, и там речь о госбумагах, а в нашем случае – корпоративные бумаги.

Хотя надо понимать, что статус того номинального держателя и нынешнего – они существенно разные.

- Да, тогда речь шла, скорее, о квазиноминальном держателе, так как по украинским законам The Bank of New York фактически выступал акционером, с чем были связаны проблемы, например, выплаты дивидендов.

- Да, в Украине юридически The Bank of New York считался собственником и точка. Хотя реально все понимали, что это не так. Но, опять-таки, такая культура регуляторов: есть буква закона, а на суть мы закрываем глаза. И это работало! Но когда мы попытались все разложить правильно и по порядку, чтобы все работало прозрачно, сразу появились вопросы.

- Национальный депозитарий сейчас ведет подготовительную работу с какими-то глобальными кастодианами? Чтобы как только будет готова нормативная база, уже началась реальная работа?

- Хочу обратить внимание, что это не наш бизнес: это не бизнес депозитария и не он будет открывать счета для этих клиентов. Это бизнес украинских банков и украинских хранителей. Просто мы, понимая, что это нужно рынку и что никто другой этим не займется, взяли этот флаг в свои руки и пошли вперед. Соответственно, подобные разговоры, о которых вы спрашиваете, ведутся не с нами. Но мы, естественно, интересуемся и пытаемся быть в курсе. По нашей информации, они сидят уже на чемоданах и ждут, когда это все начнет работать. Задержка в том, что им нужно почитать нормативку, как это там будет выписано окончательно. Именно так иностранный держатель заходит на рынок: анализирует ситуацию, читает все законы, смотрит на бизнес практику и оценивает риски. Потому что это юридические риски головных офисов иностранных банков, на имя которых открывается счет.

Так что не скажу, что стоит большая очередь, но спрос на такую услугу у наших крупных иностранных банков есть. И у Citi, и у Райффайзен банк Аваля (недавно был в Вене и интересовался этим вопросом).

- А каковы перспективы установления полноценных корреспондентских отношений Нацдепозитария с международными депозитариями подобно тому, как его установил депозитарий Нацбанка с Clearstream? Проблема в недостаточности капитала НДУ или она шире?

- Для установления корротношений должен быть бизнес-кейс, в первую очередь. Если есть интерес к бумагам в одну или другую сторону (потому что корротношения могут быть односторонними и двусторонними), тогда делается анализ и считаются все юридические и технические расходы. Когда мы говорим о корпоративных бумагах, то для международных депозитариев в Украине сейчас нет такого открытого бизнес-кейса для трансграничных операций. Его ведь должны делать не мы, не Нацдепозитарий, а наши клиенты. В отличие от ОВГЗ рынок корпоративных бумаг в Украине все еще сужается. И пока не будет нормальных IPO или SPO, пока не будет активного рынка корпоративных облигаций, то, к сожалению, такого бизнес-кейса не будет. Потому что, например, для Clearstream установить "линк" на одну страну стоит сотни тысяч долларов: все затраты на анализ, юристов, рисковиков… Если нужно еще добавить иностранную валюту, то это дополнительные расходы. Ведь это все большие требования европейских регуляторов, американских, нормы FATCA и другие по раскрытию информации. Так что должен быть конкретный бизнес-кейс.

- А в другую сторону – из Украины?

- С ноября 2018 года по март этого на украинский рынок были допущены четыре иностранных ценных бумаги: два выпуска еврооблигаций Укрэксимбанка, один выпуск казначейских обязательств США и акции Apple. Сейчас еще могут добавиться акции Ferrexpo. Но ведь это все равно очень мало. Правда участники рынка говорят, что после валютной либерализации Нацбанка легче и дешевле напрямую покупать иностранные бумаги на тех рынках и там же открывать счета.

- Как вы оцениваете перспективу увеличения числа иностранных ценных бумаг на нашем рынке, хотя бы тех эмитентов, которые имеют украинские корни, как евробонды Укрэксимбанка или акции Ferrexpo?

- Еще раз повторюсь: мы – элемент инфраструктуры и делаем свою работу. Это не наш бизнес – заводить сюда иностранные бумаги.

Насколько я знаю, есть еще несколько иностранных бумаг, которые ждут рассмотрения Комиссии по допуску их к обращению в Украине. Возможно, появится больше мотивации заводить сюда их не столько по причине стоимости учета, сколько для отражения собственности для инвестиционных или пенсионных фондов.

Наша задача - подтолкнуть рынок к этой активности, возбудить в нем этот интерес, чтобы больше людей читали и интересовались. И обеспечить работоспособность такого допуска. Так как законы это позволяли, то мы вместе с Комиссией немного поменяли нормативную базу, и теперь вся процедура занимает пару недель. Мы помогаем брокеру заполнять все анкеты, следовать инструкциям.

- О перспективах присоединения депозитария Нацбанка к Нацдепозитарию. В НБУ неофициально говорят, что в условиях возросшей активности господина Коломойского и наших судов очень вероятна ситуация, когда владелец одной вашей акции сможет заблокировать работу всего депозитария. Поэтому сегодня такое объединение не ко времени. Как вы оцениваете его потребность и перспективы?

- Такое объединение нужно, в первую очередь, потому, что нынешняя ситуация неэффективна для депозитарных учреждений и их клиентов. Мы можем это сделать дешевле, чтобы сэкономить расходы. Я также считаю, что нынешнее разделение создает неправильные перспективы для иностранных инвесторов.

Объединение депозитариев утверждено в разных стратегиях, в разных меморандумах. Закон о депозитарной системе такое присоединение разрешает. Так что здесь действительно один единственный вопрос - страхи Нацбанка. Они чего-то и кого-то боятся, к сожалению. Мы не занимаемся политикой. Мы занимаемся тем, чтобы доказать, что как организация технически и организационно (по всем внутренним процедурам и управлению рисками) готовы это делать. Так что будем ждать политического решения Нацбанка. Напомню, что в начале этого года НБУ опубликовал свой годовой план, где в одном из слайдов было написано в августе подготовить список условий для передачи ОВГЗ Национальному депозитарию.

- Испытывает ли НДУ потребности в докапитализации? Либо вы надеетесь за счет новых тарифов стабильно существовать без дополнительной поддержки акционеров?

- Депозитарий давно существует без финансовой поддержки акционеров. Последний раз капитал пополнялся в 2012 году. За последние три года мы за счет сбалансированной бюджетной политики выходим в плюс каждый год. Это не очень легко, но тем не менее. Мы довольно-таки стабильная организация и контролируем свои доходы и расходы.

Другое дело - возможные требования регуляторов. Я не верю, что регуляторы придумают больше требований по капиталам и депозитарию, но время покажет.

- Подытоживая тему возможного объединения депозитариев: вы убеждены, что если это будет один депозитарий, то эффективность будет выше, а тарифы могут быть ниже?

- Абсолютно верно. Клиенты депозитария Нацбанка платили бы гораздо меньше. И работали бы на одной системе, снижая, в том числе, и операционные риски.

- А возможен какой-то компромисс? Например, начать перевод с муниципальных ценных бумаг?

- Вопрос не в том - больше или меньше активов. Вопрос в том - два или один. Мы не пытаемся выжать каждую копейку, это не является целью для нас. Цель - максимально эффективная инфраструктура. Инфраструктура должна обеспечивать эффективность работы в бизнесе. Инфраструктура не бизнес.

- Может, тогда убрать статус публичного АО и каким-то образом изменить статус, чтобы убрать те страхи, которые есть у Нацбанка?

- Но, с другой стороны, Нацдепозитарий как публичное акционерное общество - одно из немногих в Украине, которое подтвердило этот статус. Как ПАО мы выполняем все требования закона, и этот статус гарантирует нашу прозрачность. Если акционеры решат уходить в другую форму, то это будет означать меньше прозрачности. А инфраструктура, обеспечивающая сохранность собственности, обязана быть максимально прозрачной. Статус ПАО – это сложно, трудно и забирает много денег. Но оно того стоит.

- С упадком организованного рынка корпоративных ценных бумаг определенные надежды его участники связывают с товарным рынком. В НКЦБФР также надеются, что товарный рынок может вдохнуть в него новую жизнь. Какие у вас планы в этом направлении? Вы анонсировали проект по складским распискам. Сейчас запущены биржевая торговля электричеством.

- Мы работаем над несколькими проектами. Среди них и аграрные расписки, и складские свидетельства. Мы пытаемся быть той инфраструктурой, которая может поддерживать торговлю, если это нужно и целесообразно.

Энергетический рынок, наверное, более далекая для депозитария система. Хотя как реестр мы могли бы и газовой рынок, и рынок земли, и многие другие вещи диджитализировать.

- Ваш продукт позволяет вести учет и таких активов?

- Абсолютно верно. Мы основывались на том, что у нас есть возможности сделать масштабирование очень легко и несложно. Мы говорим, что у нас готовая инфраструктура и все безопасно. Поэтому мы стараемся участвовать в других проектах. Товарные рынки очень важны для всего финансового пространства страны, потому что для их обслуживания создаются финансовые инструменты. Хотя нужно все параллельно двигать.

- На рынке газа и зерна есть свои физические депозитарии. А как быть с рынком электроэнергии?

-- Да, с электричеством совершенно другая история, здесь депозитарий не участвует. Но функция клиринга становится очень важной.

- Это, скорее, к вашим соседям – Расчетному центру (НДУ и РЦ расположены в соседних зданиях – ИФ)?

- Да, это к РЦ, где сейчас тоже происходят определенные трансформации. Меняется менеджмент, решаются вопросы касательно будущей инвестиции Национального банка, который является основным акционером…

Мы, как депозитарий, весь рынок не вывезем. Мы стараемся, но, тем не менее, другие элементы инфраструктуры тоже должны двигаться.

- Как вы можете влиять на РЦ? Через совет участников или через регулятора?

- Мы стараемся привлечь их через все каналы: через общие разговоры с Нацбанком, потому что это наш общий акционер, через наблюдательные советы, которые у нас похожи по своей структуре. Я сам вхожу в наблюдательный совет РЦ, но как представитель миноритарного акционера - НДУ. Мы также оказываем помощь в анализе программных продуктов, планировании…

Хотя и здесь мы ждем определенных решений Нацбанка, чтобы понять, как дальше РЦ и клиринг будут развиваться.

- Нацбанк анонсировал достаточно давно, мне кажется, год-два назад постепенный выход из капиталов НДУ и РЦ. Однако прошлой осенью НБУ уже предложил передать ему полномочия по надзору и за депозитарием, и за РЦ с возможность увеличения доли в НДУ до 51%.

- Да, анонсировали, но пока четкой картины нет. Как я понимаю, Нацбанк завершает дополнительные анализы некоторых аспектов, и в течение нескольких недель должны быть финальные отчеты. В августе также меняется менеджмент РЦ, потому что истекают полномочия нынешнего правления.

Поэтому, надеюсь, что к концу лета мы будем иметь какие-то очертания перспектив клиринга. Потому что юридическая монополия РЦ на DVP (поставка против платежа – ИФ) не позволяет нам работать как полноценному депозитарию, нужны изменения в закон. НБУ уже полгода назад разработал законопроект, направленный на снятие монополии РЦ на денежные расчеты, связанные с расчетами в ценных бумагах, и, соответственно, снятие обязательств для РЦ быть банком. Это часть стратегии Нацбанка, и я надеюсь, что эти вопросы начнут решаться к концу лета. Август будет очень интересным, мне кажется.

Возвращаясь к сферам, где Национальный депозитарий может быть полезен как элемент инфраструктуры, мы сделали концепцию учета долей ООО. Наш новый продукт это позволяет, и мы могли бы гарантировать владельцам долей в ООО право их собственности, так как сегодня у них проблемы с его защитой. Хотя и здесь нужны изменения в закон, которые мы сейчас пишем вместе с регулятором, чтобы утвердить свою роль как инфраструктуры, которой можно доверять. Раз уж у нас есть 1,7 трлн грн активов на счетах, то, наверное, нам можно доверять.

- Все же лучше, чем госреестр с коммунальными регистраторами, да?

-- Я не берусь это оценивать. Но если есть желание и нужда со стороны интересантов, то мы должны предложить им решение альтернативу.

- То есть, ваше железо и ПО выдержит и такую нагрузку?

- Я скажу больше. Исходя из практики других стран, мы хотим поучаствовать и в пенсионной реформе: как инфраструктура предоставить возможность технически обеспечивать решения для пенсионных систем. Это сложный концепт, мы только начали думать и разрабатывать, делать расчеты. Я не уверен, что это будет очень легко, но я думаю, что конкуренция и альтернатива - это всегда хорошо.

- Мы как-то забыли про эмитентов. Какие новинки для них готовите? Новые услуги, сервисы или, наоборот, проблемы?

- Мы много инвестировали в диджитализацию наших услуг, чтобы уйти от бумаги, и уже получаем существенный объем обратной связи, что эмитентам это нравится. Поэтому мы будем дальше это развивать. После запуска новой системы у нас освободятся ресурсы быстрее и больше это делать, чтобы эмитентам минимально нужно было бы приезжать сюда и готовить какие-то стопки бумаг. Каких-то больших изменений в продуктовой сетке мы не видим.

- Еще один вопрос о вашем хранилище в Крыму. Я там никогда не был, но рассказывают, что это было просто какое-то стратегически важное бомбоубежище или даже подземный командный центр управления. Вы судитесь за него с Россией? Нужны ли вам вообще сегодня хранилища, так как была еще и история со сгоревшим хранилищем НДУ в Доме профсоюзов на Майдане в Киеве?

- По вопросу крымских активов НДУ передал все документы Министерству юстиции для дальнейших судебных процедур. Помещений сколько нужно, столько и есть. Теперь у нас есть только архив документов - это другое. А IT-системы - в дата-центрах, которые распределены по городу.

- Каковы прогнозы финансовых показателей НДУ на 2019 год? Чем порадуете акционеров?

- Этот год будет сложным из-за проекта DEPEND Q: инвестиций в IT-системы, в безопасность. Поэтому бюджет на этот год довольно-таки консервативный. Но наша цель - не максимизировать прибыль для акционеров. И они согласились с таким подходом, утвердив такой бюджет.

- Хотя для участников Пенсионного фонда Нацбанка, у которого почти 11% акций НДУ, ваши слова об отсутствии цели максимизировать прибыль для акционеров не самые желанные.

- Мы сейчас пересматриваем стратегию на 2019-2022 годы. Нынешнюю стратегию мы написали в 2016 году как новый зашедший менеджмент, и ее утвердили акционеры. Там написано "безубыточная деятельность" и нет цели максимизации прибыли. Наверное, после пересмотра стратегии эта часть останется без изменений, но будем ждать окончательного решения акционеров.

- Когда будет собрание акционеров для ее утверждения?

- По нашему уставу, достаточно наблюдательного совета. Надеюсь, она будет утверждена в самое ближайшее время, и мы сможем всех с ней ознакомить.

Загрузка...

ЕЩЕ ПО ТЕМЕ:

Завантаження...
РЕКЛАМА

ПОСЛЕДНЕЕ

Земельная реформа – это о порядке в земельных отношениях, а не о продаже земли – уполномоченный президента Р.Лещенко

Посол ФРГ: Минский процесс будет продолжаться, даже если не будет политического урегулирования

Цель членства в ЕС для Украины помогает не терять мотивации проводить реформы – экс-премьер Литвы

Глава НАГС Стародубцев: Линия фронта проходит по менеджменту в госслужбе

Собственник СК "Гардиан" Арунас Шикшта: Украинский рынок очень перспективный, я бы рекомендовал на него заходить именно сейчас

Мы находимся на этапе внедрения изменений, которые выведут стройотрасль из прошлого в будущее – замглавы профильного комитета Рады Шуляк

Александр Ярославский: «Вопрос Донецка решится только в Донецке»

Елена Шуляк: Реформа архстройконтроля должна пройти обязательно. Если не найдем решения, можем пойти на радикальный шаг – ликвидацию ГАСИ

С 1 по 19 апреля 2020 года международные закупки лекарств не будут ничем регулироваться - юрист Дмитрий Алешко

CEO JKX Гладун: Украине необходимо следовать взятым перед инвесторами обязательствам по неизменности ренты на добычу газа

РЕКЛАМА
РЕКЛАМА
РЕКЛАМА
РЕКЛАМА
Завантаження...
РЕКЛАМА

UKR.NET- новости со всей Украины

РЕКЛАМА