11:20 23.06.2017

Глава правления "Украинской биржи": "Мы намерены запустить торги поставочным фьючерсным контрактом на зерновые"

Интервью главы правления "Украинской биржи" (УБ) Олега Ткаченко агентству "Интерфакс-Украина"

Вопрос: Фондовый рынок Украины в последние годы претерпел существенные изменения - торговые обороты снизились, количество участников сократилось. Все это, соответственно, снизило загрузку биржевой инфраструктуры. "Украинская биржа" в свое время была лидером новаций на фондовом рынке. Интересует, где вы сейчас видите возможности для применения своих биржевых технологий и потенциал дальнейшего роста?

Ответ: Мы понимаем, что Украина большая аграрная страна, и у нас вполне может существовать организованный рынок на зерновую продукцию. Мы не утверждаем, что все должно продаваться на бирже, но мы понимаем, что у украинских аграриев в настоящее время отсутствует простой и доступный способ застраховать свои риски.

Если посмотреть на внешние рынки, в большинстве развитых и развивающихся стран имеются, либо свои ценовые индикативы, либо есть возможность использовать глобальные инструменты, с помощью которых аграрии могут обезопасить себя от неблагоприятных изменений цен в будущем. В Украине сейчас нет подобного биржевого инструмента, который мог бы использоваться для ценообразования на локальном рынке. Поэтому мы хотим запустить фьючерсный контракт на зерновые.

Речь идет о поставочном фьючерсе, а не расчетном, и мы уверены, что нам удастся запустить такой инструмент. Технология поставочного фьючерса, если посмотреть на ее структуру, состоит из трех вещей: торговля, клиринг и поставка. В организации торговли у нас уже есть опыт, и достаточно большой. В организации клиринга и расчете позиций, у нас тоже есть опыт, в том числе и на фьючерсном рынке. А вот организация поставки, это то, в чем у нас опыта нет; ранее у нас заключались только расчетные (то есть беспоставочные) контракты. Чтобы приобрести этот опыт, мы решили разбить наш путь на этапы.

Сейчас мы планируем запустить первый этап, во время которого мы намерены отработать поставку товара на конкретном элеваторе. Мы хотим отработать всю схему, включая документооборот с участниками рынка, и все нюансы, которые связаны с этим процессом.

Мы подали документы в Нацкомиссию по ценным бумагам и фондовому рынку (НКЦБФР) на регистрацию спецификации фьючерсных контрактов на пшеницу и кукурузу. В контракте предусматривается, что определенный класс зерна на определенном элеваторе мы будем запускать как отдельный фьючерсный инструмент. То есть, мы начинаем с самого начала: есть один элеватор, есть один класс зерна и есть один инструмент. Если появляется на этом элеваторе зерно другого класса, то это будет другой фьючерс. Если появляется другой элеватор, это соответственно также новый фьючерс. Это не единый контракт на все зерно на любом элеваторе.

Мы надеемся, что в ближайший месяц проведем первые сделки по этим контрактам. Когда наши партнеры увидят, что эта схема работает, тогда мы будем выходить на другой уровень и двигаться к единому ценообразованию, единому контракту.

Как быстро удастся пройти этот путь, мы сейчас не готовы прогнозировать, поскольку понимаем, что в нашей стране было много попыток запуска подобных инструментов, и все они пока были безрезультатными. Мы также понимаем, что подобные инструменты могут заинтересовать только определенный круг участников. Тем не менее, мы не намерены искать админресурс, который заставил бы кого-то использовать эти инструменты, мы просто хотим дать рынку новые возможности, которых нет сейчас. В случае успеха этого проекта производители смогут заключать контракты на продажу зерна с заранее зафиксированной ценой. Это позволить им лучше понимать экономику деятельности и под такие контракты будет гораздо проще привлекать кредиты.

Я также хочу отметить, что этот фьючерс не заменит продажу товара на внебиржевом рынке. Кому-то нужно продать товар сразу после сбора урожая, и ему фьючерс может быть вообще не интересен.

Вместе с тем, наши аграрии, так или иначе, уже занимаются прогнозированием, чтобы выбрать лучшее время для продажи. Лучше, чем фьючерс, с этой задачей никакой другой инструмент не справится.

Вопрос: Какие цены сейчас для этого используются, когда аграрии идут в банк или с кем-то договариваются? Возможно, они привязываются к чикагской бирже?

Ответ: Есть разные подходы, но в основном с привязкой к цене на иностранных биржах. Мы надеемся, когда у нас будет ликвидность, это позволит не только заключать на бирже сделки и хеджировать риски, это создаст бенчмарк (ориентир – ИФ), на который можно будет создавать новые продукты, даже внебиржевые. Сейчас локальные цены на зерновые можно отслеживать только по внебиржевым котировкам.

Я знаю, что есть проект создания такого бенчмарка, и надеюсь, что в этом году он будет представлен. После этого мы, в свою очередь, будем готовы параллельно с поставочным фьючерсным контрактом запустить и расчетный.

Вопрос: Я помню, когда в Украине присутствовала "Московская биржа" (РФ), она представляла подобную идею. В то же время они отмечали, что основная проблема в реализации подобного проекта, это аккредитация элеваторов, поскольку это, по сути, депозитарии, к которым должно быть доверие. Соответственно, интересует, с какими элеваторами вы намерены сотрудничать? Возможно, у вас уже есть предварительные договоренности?

Ответ: Предварительные договоренности уже есть. Еще в конце 2016 года у нас был подписан меморандум с Госрезервом о взаимодействии и развитии этого рынка. Они выделили элеваторы, которые с нами будут работать, в том числе в плане разработки документов.

Мы общаемся и с другими элеваторами относительно начала взаимодействия, даже на этапе пилотного проекта.

Дело в том, что наш проект является важным во многих аспектах. Он открывает возможности для создания нового бизнеса. Например, он будет интересен собственникам элеваторов, у которых элеваторный бизнес является единственным направлением деятельности. Поскольку количество элеваторов и их мощность растут, и конкуренция между ними усиливается, у элеваторов возникает вопрос об увеличении загрузки своих мощностей. Я уверен, что элеваторы, которые будут сотрудничать с нами, получат необходимую дополнительную загрузку.

Вопрос: Я так понимаю, речь идет о независимых элеваторах?

Ответ: В этом случае не имеет значения. Я согласен, что на первом этапе, наверное, наиболее активными будут именно такие элеваторы, для которых этот бизнес является основным, если не единственным.

Но я убежден, что с ростом активности мы докажем и крупным агрохолдингам, у которых помимо элеваторов, есть свое производство и свой трейдинг, что им это тоже интересно, поскольку это расширит их возможности.

Я уверен, что многие будут приходить именно за прозрачным ценообразованием, за простотой проведения операций, за тем, что не будет необходимости тщательно изучать своих контрагентов. Ведь мы понимаем, что вопрос контрагента на этом рынке очень важен с точки зрения гарантии выполнения сделки. Такая гарантия очень часто не является материальной, а определяется именно тем, кто твой контрагент и как по нему оцениваются риски.

Вопрос: Помимо Госрезерва, велись ли переговоры с частными элеваторами?

Ответ: Мы не создаем свой инструмент для одного или нескольких элеваторов. Наши амбиции значительно больше, чем просто быть биржевой площадкой для какого-либо одного игрока, даже крупного. Мы хотим организовать полноценный рынок, а рынок предусматривает, что все должны быть равными.

То, что на сегодняшний день Госрезерв хочет и рыночного ценообразования, и новых возможностей на этом рынке, и, в том числе, загрузить дополнительно свои элеваторы, это абсолютно нормально. Но мы общаемся с разными элеваторами и разъясняем, что мы сможем реализовать этот продукт вместе с ними.

Вопрос: Есть ли какая-либо нижняя граница размера элеватора, допустим 20 тыс. тонн, при которой вы готовы сотрудничать с элеватором?

Ответ: На начальном этапе у нас нет планов отработать ценообразование. Это будет исключительно отработка элемента поставки, где не важен размер элеватора.

Вопрос: Возможно, у вас есть какие-то другие требования к элеваторам, например, к аудиту? Если депозитарная система, хотя и продолжает преобразоваться, но уже более-менее понятна, то с элеваторами гораздо сложнее.

Ответ: Я прекрасно понимаю, что наша система учета зерна на элеваторах сильно проигрывает, если ее сравнивать с системой депозитарного учета, и по централизации, и наличию единых правил и прочим параметрам.

В то же время, мы должны понимать, что она не изменится сама по себе в течение месяца-двух. Для этого необходимы время и предпосылки.

Мне бы также хотелось, чтобы мы перешли к электронным складским документам, поскольку, даже если бы у нас все элеваторы были сертифицированными, и ко всем было бы доверие, мы все равно сейчас имеем бумажные документы, на которых необходимо ставить печати, подписи. Поэтому, задач очень много…

Я считаю, что решать эти задачи необходимо постепенно, поскольку если у тебя нет биржевого рынка, даже в начальной стадии, соответственно отсутствует и необходимость в электронном документообороте, в требованиях к элеваторам.

Если мы покажем, что те элеваторы, с которыми мы работаем, имеют экономическую выгоду, то другие элеваторы будут подстраиваться к тем требованиям, которые мы будем с нашими участниками выставлять.

Я не хотел бы, чтобы мы воспринимались как некий центр, который все может, все знает и все делает сам. Нам очень важны наши партнеры, и не только в виде элеваторов, но и продавцов и покупателей. Именно в диалоге с ними мы должны формировать наши требования к элеваторам.

Вопрос: Можете уточнить, о каких партиях идет речь и годовых планах по объему торгов такими фьючерсами?

Ответ: При отработке поставки это не принципиально - будет это 10 или 100 тыс. тонн.

Мы не пытаемся придумать что-либо новое. Мы лишь хотим, чтобы существующее переоформление складских документов с продавца на покупателя происходило в электронном виде. Сейчас все большее распространение приобретает электронно-цифровая подпись. Многие юрлица даже в Государственную фискальную службу отчитываются с использованием электронно-цифровой подписи. Соответственно, используя эту технологию, можно внести определенные удобства и в документооборот.

Но мы даже не это ставим на первое место. Мы, прежде всего, хотим стать гарантами выполнения сделок. В биржевом договоре будут определены все действия каждого из участников, их последовательность и в чем состоит наша гарантия. То есть, при заключении сделок на бирже, биржа выступит гарантом, что эта сделка будет выполнена. Мы, таким образом, привносим некие элементы, которые существуют на рынке ценных бумаг, это гарантированные расчеты. Это не принцип поставки против платежа как в ценных бумагах, но что-то подобное мы хотим на этот рынок привнести.

Вопрос: Будет ли заключение сделки на бирже иметь налоговый стимул?

Ответ: Это вопрос участия государства в подобных проектах. Государство уже не раз заявляло об интересе к биржевому рынку. Мы были бы очень рады, если бы за этими заявлениями последовали определенные шаги, поскольку они могут ускорить формирование биржевого рынка.

В то же время, этот инструмент сможет быть востребованным в нашей стране только в том случае, если он будет возможным даже без активного участия государства.

Мы видим преимущества, которые мы можем дать даже без каких-либо стимулов со стороны государства. Если же государство со своей стороны поддержит подобные инициативы, они просто реализуются быстрее и раньше дадут значимую отдачу для всей экономики страны.

Вопрос: Вы хотите работать с урожаем этого года, то есть зерно уже должно быть на элеваторе?

Ответ: По нашей схеме расчеты происходят на элеваторе. На момент заключения сделки, теоретически зерно может и не быть на элеваторе.

Вопрос: А в начале этого пилотного проекта?

Ответ: Без разницы.

Вопрос: Но ведь это все равно какие-то дополнительные риски.

Ответ: Рисками мы управлять умеем.

Вопрос: Но ведь должно быть доверие к бирже, капитал, наличие денег. Для людей, которые вне этого рынка, какая у них уверенность, что УБ, в случае чего, покроет все убытки?

Ответ: Я согласен, что те, кто с нами не работал, для них вопрос доверия будет первоочередным. Но мы готовы предоставить свое имя, свои достижения и систему управления рисками. Эта информация публична, она открыта сейчас, и она будет открыта в будущем. Мы объясним, за счет чего мы гарантируем.

Вопрос: По классам… это наши украинские шесть классов по пшенице?

Ответ: Какой инструмент будет на финальном этапе, я сейчас не могу утверждать. В спецификации мы указали, что в каждом запускаемом контракте мы пропишем, что это за контракт, и какой класс зерна. Конечно, мы рассчитываем на зерно, которое выращивается в Украине, и каким торгуют в Украине. Но, для того, чтобы сделать трейдинг, клиринг и поставку, вопрос классности зерна не является принципиальным. Нам необходимо узнать рынок, узнать его потребности и дать ему возможности, а что из этого выйдет, посмотрим.

Вопрос: Есть ли они среди инициаторов этого проекта акционеры биржи? Возможно, кого-то уже владеет элеватором или зернотрейдером?

Ответ: Наши акционеры за последнее время не изменились.

Вопрос: Но их бизнес меняется.

Ответ: Да, бизнес меняется. Тем не менее, мне неизвестно, есть ли у кого-либо из них элеваторы или конкретная задача по загрузке элеватора. Фондовый рынок, к сожалению, существенно сократился, по сравнению с 2010-2011 годами, и вряд ли в скором времени стоит ожидать его восстановления. Мы видим, что много компаний сменили тип акционерных обществ с публичных на частные, объем ценных бумаг в обращении сократился. Поэтому, инструментария в настоящее время значительно меньше, чем было.

Мы, конечно, будем стараться, чтобы его стало больше, но, к сожалению, на фондовом рынке инструменты быстро не появляются. Чтобы возник нормальный инструмент, необходимо, чтобы был нормальный эмитент, а нормальный эмитент, это тоже доверие. Над этим необходимо работать. Поэтому, быстрого подъема фондового рынка в плане новых инструментов ожидать не приходится.

Вопрос: Насколько в этом заинтересованы аграрные и профессиональные игроки фондового рынка? В свое время было соглашение с Чикагской биржей, но в итоге этот проект не приобрел желаемой популярности. Вы уже видите какие-то компании среди ваших акционеров, которые будут торговать?

Ответ: Да, заинтересованные компании есть. Более того, я убежден, что будут создаваться компании-посредники, поскольку биржа сама не может охватить весь рынок и нам будут необходимы партнеры.

Я убежден, что нашими партнерами будут и нынешние члены биржи, которые торгуют ценными бумагами и которым бизнеса на фондовом рынке сейчас очень мало. Они будут выходить на рынок зерновых фьючерсных контрактов.

Кроме того, уже сейчас есть трейдеры, крупные и небольшие, которые смогут развиваться в этом направлении. У них есть свои клиентские базы, в рамках которых они смогут популяризировать этот инструмент и выводить своих клиентов на биржу.

Почему чикагский контракт не пошел в Украине. Одна из причин состояла в том, что клиринг по контрактам проходил не в Украине, тогда как наше валютное регулирование не дает возможности свободно переводить за границу гарантийное обеспечение и там торговать этими контрактами "в белую".

Мы рассчитываем создать такой же инструмент, только с учетом нашей специфики.

Кроме того, само время сейчас этому способствует: происхождение средств приобретает все большее значение. Поэтому наличие прозрачного ценообразования будет все более и более востребованным.

Вопрос: А как к этому относится Нацкомиссия. Во время бесед с главой НКЦБФР Тимуром Хромаевым он заявлял, что пока не будет принят закон о деривативах, говорить о развитии биржевого рынка рано. Как сейчас обстоят дела, их позиция изменилась, они готовы вас поддерживать?

Ответ: Я верю, что НКЦБФР заинтересована в развитии рынка в принципе. Что касается законопроекта о регулируемых рынках и деривативах, то пока он находится в Верховной Раде, мы можем начинать предпринимать определенные шаги. Мы ведь пока говорим о пилотном проекте, целью которого является не рыночное ценообразование, а отработка одного из основных элементов – поставки. Поэтому, пока законопроект будет приниматься, мы за это время отработаем поставку.

В дальнейшем, я убежден, что по законопроекту будут достигнуты определенные компромиссы, и через некоторое время он попадет в сессионный зал и будет принят. Хотя, если говорить в целом, то тот инструмент, который мы запускаем, он соответствует действующему законодательству. Ведь у нас сейчас торгуются фьючерсы на нефть, на золото. Тогда почему не может обращаться фьючерс на зерно? Только потому, что будет поставка? Так поставка в нашей стране осуществляется и сейчас. Еще раз хочу подчеркнуть: этот фьючерс у нас будет обращаться как и все другие фьючерсы, просто, когда придет время для выполнения контракта, вступят в силу обязательства для подписания соглашения о поставке, а такие соглашения у нас заключаются и сейчас. Мы просто предлагаем определенные механизмы, которые свяжут срочный рынок с физической поставкой товара. Мы используем действующее законодательство, в то же время рассчитываем на его улучшение и надеюсь, что Нацкомиссия будет помогать изменять не только закон о регулированных рынках, но и будет улучшать ситуацию со складскими документами.

Вопрос: Каким будет гарантийное обеспечение по этому фьючерсу?

Ответ: Размер гарантийного обеспечения обычно зависит от ситуации на рынке и волатильности инструмента. Например, когда мы запускали наш фьючерсный контракт на гривню-доллар, мы боялись установить даже 20%-ое гарантийное обеспечение. Сейчас оно у нас находится на уровне 15%, и мы понимаем, что оно все равно слишком высокое и его стоило бы снизить. Но этому препятствует низкая ликвидность. Поэтому, я сейчас не могу назвать конкретную цифру: будет это 20%, 10% или 5%. Мы будем ее определять после общения с участниками рынка, перед запуском инструмента.

Вопрос: Вы уже общались с якорными торговцами или клиентами по этому поводу?

Ответ: Мы общаемся с ними. У нас есть амбициозная цель провести эти сделки еще с урожаем 2016 года, при том, что уже и до урожая 2017 года совсем немного осталось. Поэтому мы ведем переговоры и у нас есть взаимопонимание. Но такого, чтобы кто-то держал зерно под нашу сделку, такого нет.

Вопрос: Почему зерно, почему не энергетический рынок? Я смотрю, там уже есть какая-то конкуренция, уже создана газовая биржа, нефть торгуется…

Ответ: Основной фактор – это значительно больше количество участников рынка и больше конкуренция. Я не исключаю, что когда-нибудь у нас будут амбиции и в этих направлениях, но для того, чтобы куда-то выходить, необходимо иметь определенный успех. Мне кажется, что на этом рынке (зерновых – ИФ) мы сможем получить его быстрее, чем на энергетическом.

Вопрос: Есть ли какие-либо дополнительные потребности в капитале, как для этого, так и других проектов, поскольку мы понимаем, что в последние годы вы не зарабатывали достаточно средств для того, чтобы расти за счет текущей деятельности. Обсуждали ли вы этот вопрос с акционерами?

Ответ: На начальном этапе бирже достаточно имеющихся средств. В дальнейшем средств будет требоваться много. Но я убежден, что наши акционеры, оценив ситуацию, будут как-то реагировать. Я допускаю, что у нас, возможно, появятся новые заинтересованные лица, не только из финансового сектора, но и с аграрного сектора, которым будет интересно не только торговать на бирже, но и зарабатывать на нашей капитализации. Но это вопрос не является сейчас актуальным. Средств для финансирования текущего бизнес-плана у нас достаточно.

Вопрос: Где еще может быть драйвер для развития биржи?

Ответ: В плане развития на первом месте деривативы на товарные активы. Это также деривативы, которые могли бы быть востребованы банками: я уверен, что интерес к фьючерсам гривня-доллар в настоящее время несправедливо низкий, там почти отсутствует ликвидность, тогда как он должен быть самым крупным инструментом на нашем рынке. Просто для этого необходима постепенная либерализация валютного регулирования.

Что касается фондового рынка, то без существенных реформ, рассчитывать на его быстрое восстановление не приходится. При этом большая часть требуемых реформ, с моей точки зрения, касается не самого фондового рынка, а лежит в плоскости привлекательности юрисдикции. Если к нам, к стране, не будет доверия, то качественного изменения фондового рынка не будет, в том числе пенсионная реформа не даст заметного результата. Если наши эмитенты бондов не будут отвечать по своим обязательствам, если наши эмитенты акций не будут публичными, не будут раскрывать информацию и не будет адекватной судебной защиты, на фондовый рынок никто не придет, ни внутренний, ни внешний инвестор.

Мы, в Украине, имеем уникальную ситуацию, когда внутри страны накоплено очень много средств. Внешнее финансирование, которое мы пытаемся привлечь, существенно меньше того, что находится в Украине "под матрасами". Но средства украинцев никто в крупных объемах привлечь не может. Почему? Потому что нет доверия. Соответственно, рассчитывать, что к нам придут пенсионные фонды из зарубежных стран, при том, что мы не можем продать эту идею украинцам, не приходится. Украинцы прекрасно знают, как работают наши суды, и поэтому голосуют "ногами"и их средства в стране не работают.

Вопрос: В настоящее время заметен небольшой ренессанс наших ценных бумаг на внешних фондовых площадках: акции растут, компании вновь выпускают евробонды. Почему проект с акциями Мироновского хлебопродукта (МХП), который был запущен до кризиса, не пошел?

Ответ: Ответ очень простой – это ограничения действующего валютного законодательства. Для того, чтобы активно работал параллельный листинг, чтобы ценные бумаги параллельно торговались в двух странах, необходим максимально свободный переток этих активов с одного рынка в другой. У нас такой свободы пока нет. Те инициаторы, которые завели сюда ценные бумаги МХП, они приобрели их на внешних площадках за собственную валюту, завели сюда, а дальше возможности заводить новые бумаги не было, поскольку деньги нельзя вывести. То есть, в Украине обращается ограниченное количество ценных бумаг и их пока не может стать больше. Это препятствует свободному арбитражу между рынками и создает риски неадекватного ценообразования.

Вопрос: Нацкомиссия в последнее время сигнализирует, что она намерена вновь впустить зарубежные ценные бумаги.

Ответ: Действительно такие переговоры ведутся, недавно мы обсуждали этот вопрос на комитете в НКЦБФР. Нацкомиссия, в частности, намерена упростить возможность допуска для обращения в Украине иностранных ценных бумаг. При этом, я хотел бы обратить внимание, что в этом проекте отсутствует требование, что компания-эмитент обязательно должна вести свою деятельность в Украине или даже иметь здесь какие-то активы. То есть, это могут быть ценные бумаги, в том числе, иностранных компаний, которые у всех на устах.

Кроме того, второй очень важный момент, есть попытка убрать разрешение на количество ценных бумаг, допущенных к обращению. В настоящее время разрешение на обращение в Украине ценных бумаг зарубежных эмитентов предусматривает определенное количество таких ценных бумаг. Для того, чтобы завести в страну еще некоторое количество ценных бумаг этого же выпуска, необходимо в очередной раз проходить бюрократический процесс получения разрешения. Это также ограничивает ликвидность рынка.

Вопрос: Я так понимаю, что схема, в целом, остается той же, по которой заводили акции МХП, или это будет двустороннее движение?

Ответ: Во-первых, убирается норма о количестве допущенных ценных бумаг. Это очень хорошо, поскольку это дает шанс, чтобы двери открывались в обе стороны. Но главное, что не открывало "двери" это не Нацкомиссия, а валютное регулирование. Если у вас нет возможности приобрести валюту, чтобы приобрести за границей ценные бумаги и завести их в страну, то все двери закрываются именно валютным регулированием. К НКЦБФР у меня как раз особых вопросов не было, это не их сфера деятельности.

Вопрос: Нацкомиссия во время обсуждений этой идеи на комитете сообщала о сроках ее воплощения, или она намерена дождаться валютной либерализации?

Ответ: Мы все ожидаем изменения валютного регулирования, оно понемногу упрощается, но это разные регуляторы, разные процессы. От Нацкомиссии зависит именно этот проект, и она его ведет. Даже если к моменту его воплощения не будет изменено валютное регулирование, небольшой эффект от действий Нацкомиссии все равно будет. Все равно будет упрощен допуск иностранных ценных бумаг в Украину: бюрократии будет меньше, процедура будет проще, что тоже хорошо.

Вопрос: НБУ разрешил физическим лицам инвестировать за границей в пределах $50 тыс. по упрощенной процедуре. Получится, что Нацкомиссия работает над тем, как упростить доступ иностранных ценных бумаг в Украину, тогда как центробанк разрешил покупать эти же ценные бумаги напрямую за границей.

Ответ: Это вопрос возможностей и конкуренции. Во-первых, все зависит от сроков: что и когда будет принято.

Во-вторых, $50 тыс. это может быть не все средства, которые могут интересовать людей.

В-третьих, такие институты, как частные пенсионные фонды, они пока не имеют свободного доступа к внешним биржам, чтобы приобрести ценные бумаги качественных эмитентов. Поэтому их необходимо заводить сюда или давать им возможность торговать там. Когда наше валютное регулирование станет настолько свободным, я не знаю.

Конечно, если представить, что у нас снимут все барьеры и гривня станет свободно конвертированной денежной единицей, тогда возможностей для конкуренции украинских инвесткомпаний с зарубежными в торговле ценными бумагами, которые обращаются на иностранных биржах, будет немного. Но есть примеры, что даже такая конкуренция может иметь место. Ведь доступ к тем посредникам, которые там торгуют, стоимость транзакций, размер минимального лота, все это будет иметь значение.

РЕКЛАМА
Загрузка...
РЕКЛАМА
РЕКЛАМА
РЕКЛАМА
РЕКЛАМА
РЕКЛАМА
РЕКЛАМА

UKR.NET- новости со всей Украины.

РЕКЛАМА
РЕКЛАМА