15:40 26.12.2018

Директор департамента финстабильности НБУ В.Ваврищук: инструментарий макропруденциальной политики практически не предусматривает прямых запретов

11 мин читать
Директор департамента финстабильности НБУ В.Ваврищук: инструментарий макропруденциальной политики практически не предусматривает прямых запретов

Интервью замглавы Национального банка Украины (НБУ) Дмитрия Сологуба и директора департамента финансовой стабильности Виталия Ваврищука агентству "Интерфакс-Украина" (II часть)

– Вы ранее упоминали о ПриватБанке, и достижении им масштаба too big to fail (системного банка – ИФ). Какие меры влияния будут применяться в будущем в подобных ситуациях, и не будут ли они пересекаться с полномочиями Антимонопольного комитета Украины?

В.Ваврищук: Системный риск крупных банков связан с тем, что они, по сути, формируют политику ценообразования, как на рынке пассивов, так и активов, и могут использовать эти конкурентные преимущества, чтобы усиливать свои позиции. Это оправдано и рационально с позиции менеджмента и акционеров банков, но может создавать системные риски, поскольку мы все становимся зависимыми от финансового состояния таких банков.

Суть макропруденциальной политики и ее инструментарий практически не предусматривают прямых запретов. Мы не можем, например, ограничить рыночную долю банка как по активам, так и по пассивам. Мы можем использовать инструментарий, который замедляет темпы роста банка, например, через повышение требований к его капиталу. Такая мера снизит желание, и возможности банка расти быстрее, чем рынок.

Дополнительный вызов для Украины состоит в том, что у нас все системно-важные банки – это государственные банки. Мы этот факт также определяем как системный риск, который в прошлом уже неоднократно реализовывался. Чтобы ситуация не повторилась, НБУ будет жестко мониторить риск-менеджмент таких банков, а в среднесрочной перспективе стимулировать выход государства из их капитала. Формат этого процесса будет зависеть от позиции правительства и Министерства финансов, но доля государства, определенно, должна сокращаться. Тем не менее госбанки уже сейчас должны управляться так же, как и частные финучреждения, ориентированные на максимизацию прибыли.

- Если вернуться к теме индикаторов накопления системного риска, как макропруденциальное регулирование будет применяться к специализированным и региональным банкам?

В.Ваврищук: С точки зрения макропруденциальной политики – мы заинтересованы ограничить высокую концентрацию банков на отдельных секторах.

Все направления кредитования принципиально отличаются друг от друга, мы это видим, когда обновляем наши оценки вероятности дефолта заемщиков. Иногда у банков появляется коллективное желание одновременно войти в тот или иной перспективный сегодня сегмент и это, как правило, приводит к понижению стандартов оценки кредитного риска. Наша цель – напоминать банкам, что это неправильно. В этом случае применимы инструменты микропруденциального надзора, например оценка бизнес-модели банка в рамках процесса SREP (система надзорных проверок и оценки, от англ. supervisory review and evaluation process,  – ИФ). Мы смотрим на уровень концентрации в отдельных секторах и можем рекомендовать, или требовать от банков, более критично оценить секторальные риски.

Что касается региональных банков: мы не видим рисков в их деятельности пока они кредитуют компании разных секторов, которые, к тому же не связаны с акционерами и менеджментом. У нас есть региональные банки с очень эффективной и устойчивой бизнес-моделью. Это значит, что, даже работая в регионах, можно иметь хороший диверсифицированный портфель.

Еще одна проблема заключается в наличии высокой корреляции динамики секторов во время кризиса. У банка может быть хорошая диверсификация по нескольким секторам, но все они могут быть процикличными и в кризисный период дружно "проваливаться".

Д.Сологуб: Пример простой: если мы посмотрим на сельское хозяйство и металлургию, то они очень зависят от мировых цен на сырье, тогда как энергетика – это сектор, который, скорее, можно назвать ацикличным.

- Как это будет реализовано? В резервной политике, или вы в какой-то момент обратитесь к отдельному банку с требованием прекратить работу в этом секторе (притом, что другие банки смогут продолжать работать с этим сектором)?

В.Ваврищук: Наша цель – убедиться, что риски, которые банк берет на себя, в достаточной мере покрыты капиталом, и у него есть достаточная "подушка безопасности". Соответственно, как я сказал, мы можем устанавливать минимальные регуляторные значения вероятности дефолта для отдельных секторов, то есть влиять на формирование пруденциальных резервов.

В то же время, мы точно не будем навязывать банкам бизнес-модели. Каждый банк сам для себя определяет риск-аппетит и приоритетные отрасли для кредитования. Мы не можем ограничить работу в отдельном секторе, но мы хотим убедиться, что принимаемые банком риски покрыты капиталом. Философия макропруденциального подхода – это регулирование, направленное на усиление устойчивости сектора к кризисам, и недопущение накопления существенных дисбалансов. В периоды экономического роста банки могут быть слишком оптимистичны и недооценивать резервы, тогда как наши оценки базируются на более продолжительных наблюдениях, которые охватывают и периоды кризисов.

- Сейчас банкам очень интересен аграрный рынок для кредитования, как вы на это смотрите?

В.Ваврищук: Агросектор непрерывно растет, чему способствуют огромные капитальные инвестиции и непрерывное повышение производительности. Если сравнивать с другими секторами, то уровень вероятности дефолта среди агропредприятий чуть ли не самый низкий, и потому мы не видим угрозы в том, что отдельные банки много кредитуют аграриев.

К тому же банки работают с фермерами, классическим малым и средним бизнесом, которые добросовестно обслуживают кредиты. С некоторыми, качественными заемщиками, банки даже готовы работать не выставляя жестких требований к залогу.

Тем не менее, не стоит упускать из вида фактор существенного колебания цен на зерновые и масличные, создающий определенные риски для заемщиков.

- Предположим, вы видите риски в аграрном секторе, или на иных рынках, допустим недвижимости, вы будете о них говорить, заявлять о необходимых изменениях?

Д.Сологуб: Если мы видим риски - мы не скромничаем, и сообщаем о них и в инфляционном отчете, и в отчете о финансовой стабильности. Например, в одном из инфляционных отчетов, мы уже упоминали о рисках, связанных с альтернативной энергетикой.

В.Ваврищук: Кроме того, в каждом нашем отчете о финстабильности, мы сообщаем о состоянии рынка недвижимости, и всегда подчеркиваем существующие на нем риски. Одна из актуальных проблем этого сектора – нехватка детальной информации о сделках, как на первичном, так и вторичном рынках. Соответственно, одна из наших задач на будущее – организовать эффективный сбор информации для анализа рынка и разработки макропруденциальных инструментов.

Нас также очень волнует тема финансирования строительства. Например, как работают фонды финансирования строительства, как ими управляют. Мы видим в этой сфере определенные регуляторные "провалы", и отсутствие эффективного надзора. Ведь идея в том, что управляющие этими фондами банки, по сути, являются контролерами. Они должны убедиться, что средства, собранные от покупателей, направляются именно на строительство определенных объектов. Но мы понимаем, что это не всегда так, и мы об этом говорим.

- Помимо агробизнеса, какие еще есть привлекательные сферы кредитования?

В.Ваврищук: Привлекательные для кредитования заемщики есть практически в каждом секторе. Большинство секторов уже нормализировали свою долговую нагрузку, которая после кризиса превышала все допустимые лимиты. В настоящее время ключевая проблема наших банков заключается не в концентрации на секторах, а в концентрации на бизнес-группах.

- А риск по кредитам связанным лицам снизился?

В.Ваврищук: Он существенно снизился: с начала 2017 года и к началу ноября 2018 года объем кредитов связанным лицам в платежеспособных банках сократился на 26,3 млрд грн. Банки сейчас с опережением выполняют программу по снижению кредитования связанных лиц. Также прекратилась практика госбанков по кредитованию бизнесов политически значимых фигур.

- Госбанки начали вести более взвешенную политику?

В.Ваврищук: Во-первых, многие бизнесы, которые ими раньше кредитовались, сейчас оказались мертвы, что видно по высокому уровню нерабочих кредитов (non-performing loan, NPL). Это во многом стало уроком.

Во-вторых – заработал кредитный реестр НБУ. Мы планируем обязать банки учитывать факт необслуживания заемщиком долгов в других банках при оценке кредитного риска. То есть, факт дефолта заемщика перед одним банком должен быть учтен и другими банками-кредиторами. Это снижает информационную асимметрию и стимулирует выработку более ответственного отношения к выбору заемщика. Ведь мы всегда можем спросить, зачем банк предоставил кредит компании, если в тот момент уже видел, что она не выполняет обязательства перед другим банком. Кредитный реестр позволит снизить такие риски в будущем.

- Госбанки все еще остаются основным кредитором государственных предприятий. Недавно НБУ поднял коэффициент вероятных потерь вследствие дефолта при оценке риска кредитования госпредприятий. Это одна из мер макропруденциальной политики?

В.Ваврищук: Мы сближаем подходы банков к оценке частных и государственных компаний. Если госкомпания слабая и неустойчивая, она должна быть соответственно оценена, и по кредиту такой компании должен быть признан соответствующий кредитный риск.

Тем не менее, материального влияния это решение не окажет – в последнее время финансовое состояние крупнейших государственных заемщиков улучшилось.

- Существенную долю банковских активов составляют гособлигации. Видите ли вы в этом риск с точки зрения макропруденциального надзора?

В.Ваврищук: Облигации внутреннего государственного займа (ОВГЗ) сейчас составляют около 30% чистых активов банковского сектора. Для сравнения кредиты – это 43%. То есть, гособлигации это вторая крупнейшая составляющая активов.

С другой стороны, более 80% ОВГЗ на балансе банков – это бумаги, которые внесены в капитал госбанков. Они не были приобретены на рынке, соответственно это не тот фактор, который отвлекал ресурсы и вытеснял кредитование.

Для банков это комфортный актив, обеспечивающий гарантированный доход. К тому же он безрисковый - можно не утруждаться работой с заемщиками. Но такая структура баланса нетипична для сектора. Банки должны кредитовать. Соответственно, по мере погашения ценных бумаг, ресурсы должны перенаправляться на кредитование.

– Но ведь Минфин зачастую рефинансирует ОВГЗ? Вы не рассматривали какие-либо инструменты, чтобы стимулировать более быстрый выход из гособлигаций?

В.Ваврищук: Мы не можем устанавливать какие-либо дедлайны для сокращения портфеля ОВГЗ, поскольку есть определенный срок обращения ценных бумаг, которые преимущественно вносились в капитал госбанков. Для рекапитализации выпускались бумаги на длительный период.

Д.Сологуб: Лучшим средством регулирования в этом случае, является улучшение корпоративного управления, чтобы банки действительно переходили к рыночному кредитованию, а не "сидению" на портфеле госбумаг.

– С другой стороны, предположим, банки действительно начнут "выходить" из ценных бумаг. Как это отразится на ценовой стабильности?

Д.Сологуб: Это гипотетический вопрос. Ведь банки не будут выходить за один день. Тем более, как вы знаете, международный депозитарий Clearstream официально объявил об открытии в следующем году "линка" на Украину. Это поспособствует росту ликвидности рынка за счет прихода иностранных инвесторов на рынок ОВГЗ, и позволит абсорбировать ценные бумаги без потери стоимости.

В.Ваврищук: Очень важно, чтобы появились новые игроки на рынке, поскольку сейчас "игра" идет между банками и Минфином. Рынок очень "неглубокий", и выйти из облигаций можно только дождавшись их погашения. Продать ОГВЗ на вторичном рынке в существенных объемах на сегодняшний день практически невозможно.

- Опускаясь на микроуровень, каким образом регулирование, в части применения к банкам санкций, будет согласовываться с законодательством? Будет ли НБУ инициировать законодательные изменения?

Д.Сологуб: Действительно, раньше мы говорили о том, что некоторые нормы закона "О банках и банковской деятельности" нуждаются в доработке, к примеру, в части определения проблемности и неплатежеспособности. Соответственно, мы готовим предложения по необходимым изменениям в законодательство. Их главная цель – создать механизм, соответствующий нормам евродирективы BRRD (директива о санации проблемных банков, от англ. bank recovery and resolution directive – ИФ). Он предусматривает разработку планов урегулирования кризисных ситуаций в банках, а в случае наступления таких кризисных ситуаций – имплементацию (выполнение) антикризисных планов. Это необходимо, чтобы повысить стабильность банков, уменьшить вероятность наступления кризисов в банковском секторе, а в случае их наступления - минимизировать потери государства и налогоплательщиков. Именно о таких потенциальных изменениях в законодательство мы и говорим. При этом, мы открыты к диалогу со всеми сторонами.

- Кого из небанковских учреждений может коснуться макропруденциальное регулирование НБУ?

В.Ваврищук: Это зависит от того, получим ли мы полномочия надзора за небанковским сегментом финансового рынка. Поэтому, пока стратегия охватывает только банки и платежные системы.

Д.Сологуб: Если говорить глобально, то финансовая стабильность включает, в том числе, стабильность инфраструктуры. Да, есть вопрос относительно разделения полномочий регуляторов. Но если есть риски с точки зрения финансовой инфраструктуры – это тоже подпадает под мандат обеспечения финансовой стабильности.

Относительно инструментов, которые могут затронуть небанковские учреждения – здесь все зависит от изменений в законодательстве.

- А то, что у нас две платежные системы – MasterCard и Visa, занимают почти весь рынок розничных платежей, это как-то будет регулироваться?

Д.Сологуб: Мы, безусловно, настроены отслеживать положение дел не только на банковском рынке, но и на рынке платежей, в том числе, выявлять существующие риски. Не зря департамент платежных систем входит в комитет по финансовой стабильности НБУ.

Более того, если говорить об инфраструктуре в целом, то на заседаниях комитета мы также обсуждаем роль и влияние депозитарной деятельности в структуре финансового рынка. Ведь это все связанные вещи.

В.Ваврищук: Стабильность инфраструктуры финансового рынка – это одна из целей макропруденциальной политики. Но стоит отметить, что наша инфраструктура пока очень проста по сравнению инфраструктурой европейских финансовых рынков. По сути, у нас есть несколько отдельных игроков и составляющих, которые должны регулироваться и быть резистентными к рискам.

- Во время недавнего интервью экс-совладелец ПриватБанка Игорь Коломойский высказал мнение, что структуры бизнесмена Рината Ахметова генерируют около 50% валютной выручки страны. Насколько подобная оценка соответствует действительности, и видит ли НБУ в этом угрозу макростабильности?

Д. Сологуб: В Украине ни одна группа компаний не концентрирует на себе 50% всей валютной выручки страны. Более того, даже целые сектора, как то сельское хозяйство или металлургия, которые являются лидерами украинского экспорта, не концентрируют каждый в себе настолько внушительной доли валютной выручки.

- Следующий год будет выборный, вы видите в этом риски?

Д.Сологуб: До первых выборов осталось четыре месяца, пока мы не видим значительных изменений.

Есть много расхожих мифов, что в этот период нет инвестиций, или, что появляется много "грязных" денег, которые используются во время предвыборной гонки. Но видя, как работает сегодня наш финмониторинг, я сомневаюсь, что это так.

Выборы – это однозначно фактор неопределенности, мы его не отбрасываем, но с точки зрения нашей монетарной политики и надзора, у нас уже есть определенный запас прочности.

В.Ваврищук: С мая этого года мы регулярно проводим среди руководителей банков и небанковских финансовых учреждений опрос по системным рискам. В последнем опросе социально-политическая обстановка была в Топ-3 рисков, но респондентов также волновали уровень коррупции и медленный прогресс в работе с международными финансовыми организациями.

РЕКЛАМА
Загрузка...
РЕКЛАМА

ЕЩЕ ПО ТЕМЕ

Гендиректор "Украинской федерации страхования" Г.Третьякова: Украине необходима приватизация социальной сферы

Сергей Березенко: Медреформа становится необратимой

Климпуш-Цинцадзе: Россия не нуждается в поводах, она всё равно будет действовать агрессивно

Аваков: МВД не допустит незаконных схем на выборах-2019. Не будет преференций и админресурса. Будет безусловная защита прав каждого! (Часть II)

Аваков: МВД не допустит незаконных схем на выборах-2019. Не будет преференций и админресурса. Будет безусловная защита прав каждого! (Часть I)

Гройсман: Я понимаю, как за 5 лет построить энергетическую независимость нашего государства

Командующий ООС Наев: На Донбассе против нас воюют 11тыс. россиян, но в случае эскалации мы всегда готовы дать отпор и у нас есть чем это сделать

Глава Минфина О.Маркарова: Можем завершить реорганизацию ГФС за 3 месяца, а если возникнут трудности - за полгода

Соуправляющий партнер Asters: "Решение об объединении Asters и ЕПАП Украина было принято с комфортом для всех сторон"

Министр Кабинета министров Украины А.Саенко: Люди - это главный двигатель любых преобразований

ПОСЛЕДНЕЕ

Эстония поддерживала и поддерживает суверенитет и территориальную целостность Украины

Государство никогда не является самым эффективным из собственников, - гендиректор аэропорта "Борисполь"

Перегрев рынка пассажирских авиаперевозок замедлит рост пассажиропотока до 14% - гендиректор аэропорта "Борисполь"

ВР продемонстрировала способность принимать важные законы, не обращая внимания на политические потрясения и спекуляции – Березенко

Руководитель ГК "Фокстрот": Надеемся, что за два-три года рынок полностью обелится…

Посол Беларуси Игорь Сокол: "В следующем году перед нами стоит амбициозная задача – увеличить взаимный товарооборот до $8 млрд"

Замминистра здравоохранения А.Линчевский: "Мы настолько насытили рынок, что сейчас проблемы со стентами нет"

Оксана Середюк, совладелица ресторанов MAFIA: Мы пригласили в набсовет "топов" из других бизнесов и очень удовлетворены этим решением

Замгендиректора МТСБУ Л.Белошицкая: Задача Моторного бюро - защищать тех, кому не повезло

Замглавы НБУ Д.Сологуб: стратегия макропруденциальной политики - это инструмент коммуникации, в ней отражены наши планы и действия

РЕКЛАМА
РЕКЛАМА
РЕКЛАМА
РЕКЛАМА
РЕКЛАМА

UKR.NET- новости со всей Украины

РЕКЛАМА